Deus Ex |
|
Добро пожаловать на форумную ролевую игру "Deus Ex"! Жанр: фантастика, киберпанк. Рейтинг: 18+. • Список персонажей; • Упрощенный прием; • Заявки от игроков. Для того, чтобы оставить рекламу или задать вопрос администрации, используйте ник Spamer с паролем 0000. |
• Сюжет: 2029 год. После Инцидента 2027 года в мире царят паника и хаос.
Противостояние между «аугами» и «чистыми» достигло критической отметки. В результате лондонских событий 29 октября принятие «Акта о восстановлении человечества» отложено, Иллюминаты готовятся нанести новый удар. • Игровые события с 2020 по 2029 год. Хронология. |
Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.
Вы здесь » Deus Ex » Vault computer » Prevention is better than cure. 21.10.2029
1. Название: "Prevention is better than cure".
Johnny Cash - Personal Jesus
2. Дата: 21 октября 2029 года, поздний вечер.
3. Место: Прага, подпольная клиника Коллера.
4. Действующие лица: Adam Jensen, Vaclav Koller.
5. Краткое описание: вернувшись из "Гарма" живым и относительно невредимым, Дженсен должен проверить, все ли в порядке с его аугментациями после того, как Марченко ввел ему дозу "Орхидеи". Есть только один человек, который поможет разобраться в этом.
По возвращении из «Гарма» Дженсену пришлось на пару часов задержаться в лазарете ОГ-29. Экспресс-анализ выявил нормоэргический иммунный ответ и отсутствие каких-либо серьезных повреждений. Медик объяснил это чудо отменным здоровьем аугментированного агента и работой «Стража», но, памятуя о словах Марченко, Адам сильно сомневался в подобных чудесах. Потому-то, несмотря на заметные улучшения самочувствия, решил обратиться к человеку, который пару раз уже копался в его системе – Вацлаву Коллеру. Хорошенько проверить все аугментации не помешает. Хреново будет, если железный дровосек сломается в самый неподходящий момент.
«Иди, отдохни. Я постараюсь достать для тебя пропуск к завтрашнему дню», – сказал Миллер, похлопав Адама по плечу, и Дженсен, после того, как коротко переговорил с ребятами и директором, отправился на встречу с Алекс, которая тоже хотела услышать подробный рассказ. Впрочем, более чем на десять минут Вега его не задержала. Ее привычка говорить коротко и по делу нравилась Дженсену больше всего. На втором месте была ладная спортивная фигурка и то, как она улыбалась в ответ на его шутливое «мэм».
Теперь у Адама было несколько часов на законный отдых. Но до этого предстояло аккуратно пробиться через патрули, чтобы не влипнуть в историю с задержанием и не схлопотать последнюю пулю.
Прага, из-за опасений власть предержащих, фактически оказалась на осадном положении. На разом вымерших улицах было уже темно. Только горели огнями разноцветного стробоскопа полицейские мигалки и грохотали по брусчатке охранные роботы, похожие на железных, бескрылых птиц. Дождь лил как из тюремного душа, наверху назойливо жужжали дроны, механическими голосами оповещая пустынные улицы о том, что нарушителей нет. Двое полицейских переругивались между собой, решая, что делать с телом случайно застреленного чистого. Дженсен сплюнул от злости и сжал кулаки. Похоже, хороших копов в этом сраном городе уже не осталось.
Адаму пришлось пробираться будто вору, туда, куда раньше можно было попасть, всего лишь нажав на кнопку звонка. Однако прогуляться до убежища Вацлава вдоль по местному коллектору было не в пример лучше, чем бездарно окончить свой жизненный путь, лежа в какой-нибудь луже лицом. Перед тем, как войти в подвал Коллера, Дженсен негромко постучал в железную дверь и подумал о том, что лишь бы с Вацлавом все было в порядке.
- Чтоб вы там были здоровы! Да иду я, иду! – голос звучал сипло и вяло.
На самом деле тому, кто стоял за дверью, пришлось постучать еще пару раз прежде, чем Вацлав услышал и соскреб себя с дивана. Вопреки татуировке «never sleep» на груди, он время от времени спал. Когда придется, чаще всего днем, если не было клиентов. Сейчас с ними было глухо. Желающих пробираться к подпольной клинике под пулями не наблюдалось. Навещали только свои – Джонс и еще несколько друзей, но они жили неподалеку. А еще Вацлав ждал парня, которого уже успел прозвать своим любимым техно-вундеркиндом.
- А, Дженсен, дружище! – прохрипел Коллер, приоткрыв дверь. Прокашлялся и отступил в сторону, давая Адаму войти. С улицы повеяло холодом.
Вацлав с головы до ног был закутан в пуховое одеяло, хотя в подвале было на удивление тепло. В этом прикиде он был похож на не до конца окуклившуюся личинку какого-то здорового насекомого.
- Прости, я тут дрых, как убитый, - Вацлав вытер уголок рта тыльной стороной ладони. По ощущениям там засохла слюна.
Предложив Дженсену стул на колесиках, он скинул одеяло и минуты три слонялся в поисках футболки. Та висела на протезе ноги, который он использовал вместо крючка. Тело у Коллера было в татуировках.
- Как дела? – спросил он без расшаркиваний. – Кофе? У меня есть, правда, растворимый.
Серьезных проблем с провизией у Вацлава не было. Отчасти помогли хитрожопые друзья Джонса, отчасти позаботился сам. Помня, как с едой было туго первое время после Инцидента, он заранее запасся полуфабрикатами и едой с большим сроком годности. На всякий случай. Прям как чуял.
Дженсен был очень клевым чуваком. Не только из-за сумасшедше продвинутых аугментаций. Разговаривать с ним было не то чтобы просто – видно, что многое скрывает, но все-таки интересно. Глянешь в первый раз – крутой чел, эдакий красавчик, который всегда одет с иголочки, всегда следит за собой, а поговоришь немного – скромный, сдержанный, с чувством юмора и без пафоса. Вацлаву он нравился.
Отредактировано Vaclav Koller (2017-04-13 22:04:04)
– Да уж, здоровье мне бы не помешало, – буркнул Дженсен из-за двери, слушая, как Вацлав сопротивляется необходимости сползти с дивана. Ничего, физические упражнения полезны, говорят. – Привет, – просто сказал Адам, проходя из узкой кишки затхлого подвала вовнутрь. – Ты, я вижу, совсем окуклился. Не превратишься в бабочку к весне?
Коллер был одним из немногих, кто искренне радовался приходу Дженсена, по нынешним меркам это было хорошо. Ведь даже ауг аугу не всегда друг товарищ и брат, недавнее приключение в «Гарме» это доказывало.
В глубине души Адам радовался, что с Вацлавом все в порядке. И не только потому, что время от времени Коллер проводил «техосмотр». Их нельзя было назвать закадычными друзьями и даже на приятельство это из-за замкнутости Адама тянуло с трудом, но, случись что с Коллером... Дженсен не хотел думать об этом. Чрезвычайное положение, объявленное сегодня в Праге, не сулило никаких радужных перспектив.
– Это в самый раз, – согласился Адам, садясь на предложенный ему стул. – Давай свой кофе. Время на осмотр есть?
- Дженсен, я не бабочка, а летучая мышь! – с самым серьезным видом сказал Вацлав. – На худой конец тушканчик. Ты знал, что они ночные животные? Тааак, кофе…
Он прекрасно ориентировался в своем собственном бардаке, так что быстро отыскал кружки. Для таких случаев Коллер держал у себя пару чистых. С них только и надо было, что смахнуть пыль. Чайник вскипел за пару минут.
- Две ложки, одну? Для тебя время всегда найдется, - Вацлав подал Адаму горячую кружку. Пахло неплохо, хотя со свежесваренным, конечно, не сравнить. – Что-то случилось?
Он ненадолго остановился и бросил на Дженсена внимательный взгляд. Жаловался тот редко. Говорил больше по существу. Обычно просил просто убедиться, что все в норме. Вацлав готов был поспорить, что сейчас будет то же самое. А ведь работенка у Адама была, мягко говоря, не из легких.
- Ты говори, я пойду умоюсь, - громыхнув ведром и шваброй, Коллер юркнул в каморку с умывальником. Дверь туда была открыта. Вода из крана текла только холодная, поэтому Вацлав отфыркивался и кряхтел. Он наскоро вытерся и вернулся, встряхивая головой.
- Хотел бы я сказать, что работаю, не покладая рук, поэтому спать некогда. Но, знаешь, ты мой первый клиент за последнее время, - он пододвинул еще один стул, осторожно отпил кофе. Прищурился, потому что было горячо. – Я сейчас просто перебираю старые проекты, сижу в сети или режусь в игрушки. Не помню, когда выходил на улицу, - Вацлав улыбнулся. – Точно норное животное.
Он умолк буквально на несколько секунд, потом вдруг добавил тихо:
- Очень рад, что ты жив.
Сколько Дженсен знал Коллера, чуть больше полугода, тот всегда болтал. Без умолку, без остановки. Расплескивал свой оптимизм и неуемную энергию вокруг. Иногда тех, кто находился рядом, задевало картечью. Било навылет. Адама это не напрягало. Он просто слушал, как тараторит Вацлав. Иногда, очень редко улыбался. Веселая болтовня чеха спасала от тишины и пустоты внутри. Может, поэтому Дженсен старался заходить к нему не так часто. Опасался привязываться, не хотел привыкать.
– Тушканчики переносчики чумы, лихорадки и туляремии. Ты знал? – безмятежно передразнил Вацлава Адам. Поблагодарил за кофе кивком.
Сказать о том, что случилось в действительности, он не мог. Отмахнуться, мол, просто пришел провериться, – тоже. Ни один человек в здравом уме не придет проверяться «просто так» во время комендантского часа.
– Ничего, – пожал плечами Дженсен. – Ничего особенного. Возникли некоторые проблемы. Очень быстро садится «батарейка», кроме этого никаких сбоев нет. Хотел, чтобы ты проверил. Вдруг война, а я поломанный, – Адам сделал глоток кофе. Коричневая, растворимая жижа была сейчас в самый раз. Вкуса он и так почти не чувствовал. Потому что устал, как собака. Вместо старательно изображаемой беззаботности в голосе звучал сарказм.
Операция в «Гарме», боевики Марченко, мертвые активисты КПА, падение с большой высоты и несколько часов на морозе, обо всем об этом Адам не имел права рассказывать и очень надеялся, что Коллер не станет допытываться. Не хотелось врать.
Вацлав понял, что сам себе проспорил, потому что в этот раз Дженсен просил не просто о проверке. Была конкретная проблема. Сказать по правде, с его новым приятелем постоянно что-нибудь случалось. Такое уж складывалось впечатление. Адам не говорил – не мог или не хотел.
Оказывая услуги Радичу Николадзе, Коллер приучил себя не лезть в чужие секреты. Берег и без того редкий сон. Кем ему был главарь Двали? Да никем, клиентом, с которым очень скоро стало неудобно иметь дело. А Дженсен? Вроде бы их тоже ничего серьезного не связывало. Но за него Вацлав беспокоился.
- Странно. Не должна бы… Я ж все откалибровал, - он нахмурился. – Эх, чувак, ты прям секретный агент из старых фильмов. Помнишь?
Дальше шутливого намека Вацлав заходить не стал. Он уже заметил, что Адам может не только молчать и недоговаривать, но и очень красиво уходить от прямого ответа. Наверное, их в Интерполе и в обычной полиции этому учили.
- Окей. Давай глянем, - Вацлав полез включать оборудование. – Как допьешь, прошу в кресло.
Когда Дженсен был готов, он аккуратно усыпил его, подключил к компьютеру и, не убирая далеко кофе, стал копаться. Все системы работали исправно, никаких повреждений. Бросалось в глаза только одно…
- Дружище, да у тебя «Страж» работает на полную катушку, - сообщил Вацлав, выведя Дженсена из сна. – Будто ты дня два беспробудно пил, курил, закидываясь наркотой. Прости. Это первое, что пришло мне в голову, - он пожал плечами. Опять нахмурился. – Поэтому и батарейка садится. Я понимаю, что это не мое дело. Но что-то все-таки случилось.
Вацлав бросил на Дженсена встревоженный взгляд.
Отредактировано Vaclav Koller (2017-04-17 20:23:26)
Открывать глаза не хотелось. Как головная боль от похмелья нет-нет да мелькала мысль, что лучше бы уснуть и не проснуться. Но в отличие от адептов Церкви Бога-Машины и других верующих, Дженсен знал, что там, за порогом темноты, ничего нет. Никого нет. Пустота и безмолвие.
Придя в себя, Адам сделал два быстрых глотка из кружки. Насупился, мотнул головой и в который раз подумал о том, что, придя домой, нужно будет хорошенько выспаться. Упасть на кровать, закрыть глаза и попытаться сделать вид, что он не слышит жужжания дронов, глухо бьющих в стекло капель дождя, ругани соседей и истеричного вскрика полицейских сирен. Лежать и не шевелиться. Пока все это не смешается в один сплошной белый шум и не исчезнет, словно кто-то прикрутил регулятор громкости.
Вацлав подозревал неладное и волновался.
«Эх, тушканчик, хороший ты человек...»
– По себе судишь? – отпаял Адам, одарив Коллера скептичной ухмылкой. – Нет, только стукнулся башкой и немного переохладился. Это можно как-нибудь исправить? Или все, прости-прощай?
- Ну да! – Вацлав развел руками. – Я знаю, о чем говорю. Уж поверь. Обычно такое происходит, когда ты ужрался, нанюхался, траванулся или тебя хорошенько отмутузили.
На этот раз скрытность Дженсена задела Коллера за живое. Но дуться на это было как-то глупо. Все равно, что обижаться, словно малолетка, что с тобой не хотят дружить. Несмотря на обычную собранность, Адам был сейчас похож на человека, по которому проехался асфальтовый каток. Вацлав только теперь это заметил, потому что вот так с первого взгляда не скажешь, и ему вдруг сразу стало стыдно.
- Только у тебя я никаких следов травм не заметил, - уже тише сказал Коллер. – Все в полной норме. Это если по аугментациям. Но ты говоришь, головой долбанулся? Черт, Дженсен, побереги себя! Хочешь, я тебя еще просканирую? Посмотрим, есть ли сотрясение. Хотя тебя, наверное, уже проверили… Да?
Вацлав, не вставая, отъехал к длинной стойке, которая служила ему и еще одним рабочим столом, и баром. Щелкнул кнопку чайника.
- Все само пройдет, - успокоил он. – Может, у кого-то другого и были бы проблемы, но твой «Страж» так же крут, как твои очки. Выровняет показатели здоровья и успокоится. Тебе надо только как следует выспаться, - Коллер похлопал Дженсена по плечу. – И поесть нормально.
Он глянул в кружку с остывшим кофе. Допил залпом.
- Я бы предложил тебе чего-нибудь покрепче, но, если голова кружится, лучше не стоит.
– Проверили, – кивнул Адам, эхом повторяя слова Вацлава. – Спасибо, – добавил после некоторой паузы. Если не вдаваться в подробности, то говорить оказалось не о чем, и Дженсен поймал себя на мысли, что стоит поблагодарить знакомца, распрощаться, да уйти. Как всегда было. Но почему-то этот горький кофе с привкусом полиэтилена и болтовня Вацлава именно сейчас ему и были нужны.
Гадкое чувство на самом деле, думал Дженсен. Будто используешь живого человека вместо радио. Потому что в твоем собственном доме пусто и темно. Потому что на улице дождь, будь он неладен, и чертовы пражские полицаи, такие же неприкаянные и обозленные, вынуждены нести свою службу. Им приказали в случае чего стрелять, не глядя и не думая. И можно не сомневаться, некоторые сделают это с особым удовольствием.
Дженсен тяжело вздохнул. Он помнил беспорядки в Детройте и бывших коллег, вынужденных патрулировать улицы. Но тогда многое было иначе. «Апнутые» еще не стали кем-то вроде зверей, загоняемых в клетки. Никаких особых отметок в паспорте, и на крики о чистоте и божественной природе человека можно было скептически улыбнуться и забить.
– Нет, покрепче мне не надо, – Адам покачал головой, вспоминая, как вырубился в «Гарме». – Рекомендации понял, доктор. Ты себя тоже побереги, – сказал уже тихо, безо всякой иронии. – Там снаружи все как будто посходили с ума.
- Да я-то что… Спасибо… - Вацлав посмотрел на свои кеды. – Я отсюда и носа не кажу. Еды достаточно, занять себя есть чем. Что еще нужно заядлому затворнику?
О том, сколько может продлиться это осадное положение, он старался не думать. Надеялся на лучшее. Хотя нет-нет, да и брала злость. Из-за новых порядков все, кто имел хоть какие-нибудь аугментации, жили в собственном городе на правах каких-нибудь нелегальных беженцев. Вацлав не стал говорить, что не узнает Прагу, в которой вырос. Эти слова и так были у всех на языке, только говорили их по-разному.
Адаму и впрямь надо было выспаться. Коллер даже готов был предложить собственный диван, лишь бы тот не уходил. Но вряд ли Дженсен сможет расслабиться в его логове. Вон под стулом еще одно засохшее пятно крови.
- А ты слышал, Талоса Рукера арестовали? – спросил Вацлав, чтобы продолжить разговор.
Еще недавно он бы обрадовался этой новости. Лидер КПА казался Коллеру слабым. Но после личной беседы отношение к нему немного поменялось. Доктор Рукер говорил толковые вещи, только вот, похоже, было уже поздно бороться правовым давлением и пропагандой.
- Жаль его, конечно. Но сейчас время для решительных действий. Мы должны дать отпор копам, - Вацлав сжал кулак. Поспешно добавил. – Прости. Я знаю, что ты тоже полицейский, но ты другой.
Коллер умолк, подыскивая слова.
- Вот Марченко. Он жесткий чувак. Нам такой нужен. Что думаешь?
– Да, слышал, – глазом не моргнув, ответил Адам. Так, будто это не он надевал на доктора наручники и не он доставил его в пражскую штаб-квартиру Интерпола. Какими бы хорошими приятелями они с Вацлавом ни были, а о секретных операциях ОГ-29 распространяться не следовало.
Вся эта катавасия с комендантским часом случилась потому, что чистые боялись, как бы ауги, недовольные арестом их правозащитника, не подняли бунт. Марченко в этом случае очень хорошо вписывался в сценарий. Настоящий борец.
Вспомнив убитых Виктором активистов КПА, Дженсен криво усмехнулся. Еще несколько часов назад он видел этого хренова «спасителя» и его наемников в действии. Если бы Коллер знал хоть немного правды о Викторе, то мигом бы растерял свой детский восторг.
– Я бы на твоем месте не был так уверен, – заметил Адам. – Есть люди, у которых на лице написано – «убийца». Он как раз из таких. Дай ему волю, половину Праги сравняет с землей. И таких, как мы, тоже. Если будем не согласны с его методами борьбы за права.
Дженсен хотел бы спросить, каково было бы Вацлаву, уткнись в его аугментированный затылок автомат, но вовремя одернул себя. Дальше продолжать не следовало. То, что он видел в «Гарме», Коллера не касалось. И пусть не коснется никогда.
Адам сказал, как отрезал. Без сомнений, не рассуждая. Вацлав открыл было рот, чтобы поспорить, но не издал ни звука.
После взрыва в метро горевала вся Прага. Погибли не только чистые. Он часто задавался вопросом, а в чем виноваты, например, дети. Ни в чем. Тот, кто устроил этот теракт, видимо, считал их необходимыми жертвами. Талос Рукер, что бы там ни говорили по телеку, такой приказ отдать не мог. Не тот человек. Значит, это был кто-то другой.
- Убийца? – Вацлав чувствовал себя ужасно наивным, но все-таки решил спросить. – Откуда ты знаешь?
«На лице написано» его не убедило. Но ломать копья Коллер не хотел. Не затем к нему Дженсен пришел.
- Видел я тут Рукера недавно. Ходил в Утулек по делам, - пояснил он уклончиво, скорее по привычке. И ежу ясно, что медикаменты и аппаратура доставались нелегально. Но Дженсен вряд ли побежит на него жаловаться. – Его люди меня от копов спасли. Те, я уж думал, почки отобьют. Так вот мы с ним поболтали, немного поспорили. Он говорил, что насилие только доказывает, что мы опасны. Надо все делать по закону.
Коллер скривился, хлебнув холодного кофе, и отъехал за чайником, налил еще Дженсену и себе.
- Не знаю… Оно, вроде, и правильно, но нереально что ли, - Вацлав покачал головой. – Я слышал, у соседки дня два назад застрелили сына. Зашел в район для чистых, стащил там что-то мелкое из магазина. Бутылку воды, зажигалку. Хрен знает. А его пристрелили. Сразу, не разбираясь. Не, он поступил, конечно, глупо. Сам нарвался. Но, Дженсен, это без всякого суда! И кому тут жалобу писать? А, главное, что это даст?
Отредактировано Vaclav Koller (2017-04-20 15:48:25)
– Логика, Вацлав, – пожал плечами Адам. Голос звучал устало. – Сам подумай. Если этот, – Дженсен скептически хмыкнул, – «жесткий мужик», призывает к борьбе, то что он станет делать? Уж точно не жаловаться в Комитет по правам человека, как Рукер. И чем обернется эта активная борьба? Новыми жертвами?
В свете произошедшего в «Гарме» любые подобные разговоры принимали вид кухонных баталий, в которых Дженсен принимать участие не хотел. Потому что рассуждения, как показывала практика, были слишком далеки от истины.
Помолчав немного, он достал зажигалку и сигареты. Так же молча подвинул кружку, чтобы Коллер налил еще кофе, и по-быстрому прикурил. С минуту просто следил взглядом за руками Вацлава.
– Никто в точности не знает, что сделал тот парень, о котором ты говоришь. Но я согласен, что стрелять без суда и следствия – хреново. Если с людьми обращаться, как с животными, рано или поздно они озвереют. Только вот ведь какая штука. Аугментирован ты или нет, но если взялся за оружие и направил его на другого, то станешь убийцей.
Все складывалось. Один к одному. Будь на месте Дженсена кто-то другой, Вацлав бы еще поспорил. Но, даже не зная точно и не спрашивая, он догадывался, что рассуждает Адам не только логически. У него есть опыт.
Коллер приуныл. Если Дженсен прав на счет Марченко, тогда, выходит, они сменили гуманиста на мясника. Вацлаву вспомнилась соседская девчонка Маришка и другие знакомые чистые. Некоторые были настроены миролюбиво. А ведь пуля и взрывчатка не разбирают, у кого какие взгляды.
- Как же ты с этим живешь? – Вацлав придвинул к Дженсену пепельницу из коленной чашечки, украшенной проводами и компьютерными схемами. Искусственной, конечно.
- То есть ты убиваешь преступников. Но все равно, наверное, тяжело. Или это, как на войне: либо ты, либо тебя?
Одна бойня все еще иногда снилась Вацлаву, и он не был уверен, что хочет стать свидетелем, а тем более участником новой. Но и сидеть тихо в своей норе становилось все сложнее.
- Все хочу спросить еще вот что. У тебя вообще выходные бывают? – Коллер улыбнулся и, достав пачку сигарет, тоже закурил. – Давно мы не болтали просто так за пивом. Помнится, ты мне обещал, что мы как-нибудь повторим. Посидеть в баре не получится, - скривившись, он вперил глаза в потолок. – Но я могу изловчиться и подогнать настоящее чешское пиво домой.
Отредактировано Vaclav Koller (2017-04-21 18:20:00)
Адам сделал затяжку, избавился от темных стекол, вечно скрывающих глаза, и поднял взгляд на Вацлава. Несколько секунд он разглядывал лицо кибертехника, словно пытался найти там что-то похожее на него самого, будто символ понимания, и не находил. Стряхнул пепел. Коллер, как простой обыватель, был далек от этой подковерной возни, которая в итоге могла опрокинуть мир и их всех вместе взятых. Дженсен не знал, что сказать, потому что жил «с этим» много лет, по привычке.
Когда-то в Мексиктауне он не смог выстрелить в аугментированного подростка. Потом рука не поднялась прикончить Квинси. Через много лет Адам исправил эту ошибку, но потерял Катрину. В «Гарме» Дженсен улыбаясь смотрел, как пули рвут в клочья кибернетически усовершенствованные тела наемников Марченко. Он знал, что в этом случае поступил правильно. И если бы можно было стереть с лица земли их всех, Адам не задумываясь сделал бы это. Потому что слишком хорошо помнил увиденное в разрушенной церкви в Виноградах и всхлипы мальчишки на «Ружичке», просившего вызволить его мать из под бетонной плиты.
– Когда как, – наконец произнес Дженсен глухо. – В убийстве нет ничего достойного. Но иногда, – Адам осекся, и чтобы заполнить паузу, промочить пересохшее горло, сделал глоток кофе, – просто приходится. Мы обязательно выпьем с тобой пива, Венек. Только вот разберусь с парой дел.
Будничный ответ. Так же, как Дженсен, мог ответить любой приятель или знакомый Вацлава. «Хэй! Конечно, выпьем. Надо разобраться с делами. Машину помыть» или «жена просила посидеть с детьми» или «чувак, продажи пошли, вот разгребусь». Но Коллер понимал, хотя и очень отдаленно, что на самом деле Адам имеет в виду совсем другое.
Вацлав кивнул, глядя Дженсену в глаза. Не знал, что сказать. Иногда поддержать оказывается нечем.
- Черт. Дружище, прости, - негромко сказал Коллер.
Он не хотел врать, что представляет, каково это – быть вынужденным убивать. Осмысленно и без эмоций. Праведником Вацлав не был и считал, что на убийство способен каждый. Для защиты себя и близких или в состоянии аффекта, не говоря уже о личной выгоде. Совсем другое дело необходимость. Преступником можно стать и поневоле. Но выбирать стрелять в такого человека или нет все равно придется.
- Заходи в любое время, - Вацлав протянул руку. – Не по делу. Просто так. И если что-то нужно. Окей?
Ничего больше он предложить не мог, и от этого на душе скребли кошки. Вот ведь, а начали ж, как всегда, за здравие. Коллер вздохнул и улыбнулся.
- Все. Ловлю тебя на слове.
Ладонь легла Адаму на плечо.
Отредактировано Vaclav Koller (2017-04-24 14:21:19)
Дженсен в пару глотков допил кофе и погасил сигарету. Его «привал» с Коллером подходил к концу. Дальше – опять бесконечный бег. Короткий перерыв на сон. Утром нужно было явиться в офис в ОГ-29 и заглянуть к врачу. Провериться, получить отметку о «пригодности». Может, и стоило остановиться, поваляться с недельку дома, сказавшись больным, поплевать в потолок. Но у Адама так не получилось бы. Тем более теперь, когда он узнал о планах Марченко.
Исполосованная шрамами морда цепного пса иллюминатов мелькала перед мысленным взором, словно мишень, и где-то там, в глубине души, Дженсен не находил себе покоя. «Ружичка», «ГАРМ», наемники в золотых масках, – нужно было как можно скорее закончить эту срань, чтобы немного, пусть не надолго, дышать свободно.
«Не по делу, просто так…» – мысленно повторил Дженсен и в подобии улыбки дернул углом рта. Согласно кивнул. Когда-нибудь. Когда все это закончится. Когда в темных закоулках Прекажки перестанут бормотать и стонать аугментированные бездомные. Когда в прорехе между облаками появится солнце, а на улице не будут звучать крики полицейских и механические голоса дронов. Когда им самим не придется больше прятаться и стыдиться того, кто они есть. Когда-нибудь, когда этот гребаный мир станет совсем другим.
– Хорошо, спасибо, – кивнул Адам перед тем, как уйти. Задержавшись на пороге на пару секунд, очень тихо добавил: – Будь осторожен.
Вы здесь » Deus Ex » Vault computer » Prevention is better than cure. 21.10.2029
