Deus Ex |
|
Добро пожаловать на форумную ролевую игру "Deus Ex"! Жанр: фантастика, киберпанк. Рейтинг: 18+. • Список персонажей; • Упрощенный прием; • Заявки от игроков. Для того, чтобы оставить рекламу или задать вопрос администрации, используйте ник Spamer с паролем 0000. |
• Сюжет: 2029 год. После Инцидента 2027 года в мире царят паника и хаос.
Противостояние между «аугами» и «чистыми» достигло критической отметки. В результате лондонских событий 29 октября принятие «Акта о восстановлении человечества» отложено, Иллюминаты готовятся нанести новый удар. • Игровые события с 2020 по 2029 год. Хронология. |
Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.
Вы здесь » Deus Ex » Vault computer » Экспертное мнение. 13.05.2029
1. Название: "Экспертное мнение".
2. Дата: 13 мая 2029 года.
3. Место: Прага, район Прекажка, подпольный госпиталь для аугментированных.
4. Действующие лица: Adam Jensen, Montana Jones.
5. Краткое описание: в связи с событиями, именуемыми "Детским крестовым походом", Адам вынужден обратиться за консультацией к специалисту по аугментациям, которого ему посоветовал Вацлав Коллер. И как теперь водится в мире, разделенном надвое, это нелегал.
Так уж вышло, что волей случая, до того, как попасть в Прагу, Дженсен немало помотался по миру. И первое, что он уяснил – трущобы везде одинаковы. Не важно, на каком языке здесь говорят и какую веру исповедуют. Не важно, кто у власти и каков закон. Везде одно и то же. Будь то самые нижние уровни Хэнша, подворотни Детройта или Праги. Один и тот же вид. И запах. Точнее, ужасающая вонь. Моча, смрад давно немытых тел. Жженное грязное тряпье и отсыревшая бумага. Едкая гарь из бочек, у которых греются бездомные. Хрустящее под ногами битое стекло, пьяные окрики в спину.
Теперь он, живущий в Прекажке, сам стал обитателем трущоб. Ариа долго извинялась за то, что не смогла найти ему другую квартиру. Долбанный чешский закон. Все это становилось настолько привычным, что Адам невольно ловил себя на мысли, их – все еще людей, за два года приучили жить в дерьме. Выдрессировали, как собак, указав на место. Не мудрено, что некоторые не выдерживали и кусали ту руку, которая держала палку. Палка была с гвоздями и оставляла глубокие, незаживающие следы.
Не то, чтобы Дженсен не доверял Смайли – эксперту ОГ-29. Тот действительно во многом был хорош. Золотая башка, как говорили ребята, прекрасные аналитические способности. Но в аугментациях не шарил. Трудно быть богом, невозможно стать специалистом во всем. Пришлось обращаться к тому, кого Адам худо-бедно знал.
Придя к Колеру, Дженсен вкратце рассказал ситуацию. От услышанного Венек обалдел. Шутка ли, заминированные аугментированные дети, взрывающиеся по кодовой фразе. Но Коллер такого не видал. И хоть у Дженсена самого стоял Шарифовский «Тайфун», работал он совсем по иному принципу. Так Коллер и присоветовал обратиться к Монти – его давнему приятелю, который в военных аугментациях знал толк.
Пришлось лезть под землю. Благо, Коллер точно сориентировал, где находится искомый подвал. Почти как в сказке, только не за нарисованным очагом, а за фальшивым электрощитком.
«Вот так-так…» – сказал себе Дженсен. Судя по всему, ни ремонтников, ни проверок здесь не было. А то бы давно нашли. То ли везло, то ли Монти исправно кому-то платил. Подпольный госпиталь располагался в старом бомбоубежище. Адам невольно усмехнулся, ни в какое сравнение это ни шло с просторными и светлыми клиниками «ПРОТЕЗ», от которых остались только пустынные разграбленные заброшенные помещения – одно воспоминание.
Здесь царил полумрак. Пахло все той же сыростью, но теперь с примесью медикаментов. Адам заглянул за ширму. Нет, адресом он не ошибся. На койках, расположенных вдоль стен, были люди. Оглядев поддерживаемый колоннами сводчатый потолок и старые, кирпичные стены, Дженсен кашлянул, обращаясь ни к кому конкретно и ко всем сразу:
– Где я могу найти доктора? – На больного или того, кому требуется срочная помощь, он был явно не похож.
За три года он почти привык к гражданской жизни и тому, что нельзя подкрасться к еблующему чуваку из квотермейстерской службы и гаркнуть на ухо "почему не покрашено?!". Почему не покрашено. Почему насрано. Почему труп на обочине.
А ну б..! И чтоб до обеда все было!
За два года в статусе деклассированного элемента он почти привык к гетто, к необходимости маскироваться как (почему, собственно, "как") скрывающийся преступник, выбираясь в чистый мир чистых людей, привык к дерьмовой еде, ржавой холодной воде и вечному стрему - собранному тревожному рюкзаку, пистолету под подушкой и сканированию окружающего пространства на предмет вероятного противника.
И за год работы госпиталя он почти привык к тому что Йоси разводит срач, Юрась выносит мозг маниакальной любовью к чистоте, Эрзси надо пару раз пнуть, чтоб оторвалась от книги и сделала работу, а Дзимеши перед сменой надо проверить на предмет количества алкоголя в крови.
"Почти" - потому что совсем привыкать нельзя вообще ни к чему, кроме здравой паранойи. А если тебе кажется, что ты все знаешь и все просчитал - хех, для тебя есть новости, но они тебе не понравятся, - так думал Монтана.
Единственным, к чему он привык, но так и не заметил этого, был запах крови.
Джонс вернулся в госпиталь под утро, почистил "добычу" - инфолинк и КАСИ - от остатков органики и сложил её в сейф, поругался с Йосефом по поводу порядка на стеллажах и перевязочном столе (сколько, сука, раз говорить, иголки, бля, вот в этот контейнер, инструменты - в этот, перевязку - в ведро, и накрывай медикаменты, если не хочешь потом протирать все от пыли, я тебе метелки и щетки вместо пальцев присобачу, будешь ходячая чистота, нах, шонеясна?! Выполнять!), перекусил чем-то не очень вкусным, но явно очень кошерным и завалился спать.
Проснулся от голоса Йоси и смутного ощущения тревоги.
...с ближайшей к Дженсену койки поднялся темноволосый молодой человек в футболке с молнией Флэша, виднеющееся из-под распахнутого халата и махнул протезом левой руки в приветственном жесте.
- А зачем вам нужен доктор, позвольте спросить? - поинтересовался он, растягивая широкий рот в улыбке.
На инфолинк Монти уже уходило сообщение: "тут, кажется, по твою душу, я задержу, но не сильно, и не жди что я лягу смертью храбрых".
- Если что-то срочное, то я могу помочь, а если таки консультация, то надо записаться на приём, это по вторникам, четвергам и субботам, вторник и четверг - с одиннадцати до шести и перерыв на обед с двух до четырёх, по субботам - с двух до пяти, на какое число вас записать? Оу, - взгляд дежурного фельдшера будто бы дёрнулся, считывая сообщение, он сунул обе ладони в карманы штанов, качнулся с носков на пятку и кивнул в сторону решётки в конце зала, - А вообще-то вам вон туда.
Коллер, конечно, предупредил. Но, конечно, не сообщил когда именно ждать гостя. Хотя - конечно! - откуда ему было знать?
Джонс быстро оделся, вышел из комнаты и махнул Дженсену рукой. Информации, полученной от Коллера хватало, чтобы безошибочно опознать "старого друга", но было явно мало, чтобы составить собственное мнение.
"Просто консультация. Безопасно. Без нервов. Конечно. Все ради тебя, мой сладкий плюшевый мишка", - соглашался тогда с приятелем Монти.
"А пока можно я посмотрю что у тебя есть, дорогой?.." - думал он теперь, врубая сканер и в следующую минуту уже слегка охреневая (слегка?.. да в полный рост!) от побежавших перед глазами сообщений.
- Шалом, путник. С чем пожаловал в наш храм? - не без интереса спросил Монтана, отступая с порога и пропуская гостя в небольшое помещение, четверть которого занимал стеллаж с коробками, четверть - импровизированная койка сделанная из дорожного указателя, накрытого матрасом и пледами, ещё четверть - стол с единственным стулом, и вот на оставшемся пространстве могли как-то уместиться два человека, почти не заходя в личное пространство друг друга.
Несколько секунд Адам просто стоял и слушал, молчал и смотрел. В график приемов даже не пытался вникнуть. Ждал, пока приветствовавший его местный остановится и скажет, где искать Монтану Джонса, и вообще, здесь ли он. Спрятанный за темными очками взгляд ненадолго остановился на принте.
Очень полезный сотрудник. Мышь не проскочит, комар носа не подточит, как говорят. Если что, заболтает насмерть. Вот бы такого к Макриди на часок, и все проблемы служебного характера будут решены.
Впрочем, им всем хватало Чанга, истерикующего по поводу и без. После каждого нового происшествия тот поднимал тревогу и говорил, что ОГ-29 должны срочно перенести штаб. Офис транспортной компании «Прага Довоз» был отличным прикрытием, поэтому Чанга никто слушать не хотел. Все заканчивалось параноидальной сменой кодов.
А ведь кое в чем бывший хакер был прав. За оперативниками действительно следили – как минимум двое из Коллектива. Третьим был Адам, который все пытался докопаться до сути происходящего и по-прежнему ни к кому себя не причислял.
– Спасибо, – машинально ответил Дженсен напоследок, перед тем, как пройти за человеком, махнувшим ему рукой. Поздоровавшись с доктором, представился: – Мое имя Адам Дженсен. Коллер посоветовал обратиться к вам. Нужна консультация специалиста по военным аугментациям.
«У чистых борцов с терроризмом такого, к сожалению, нет», – эту саркастическую мысль Адам не стал озвучивать. То ли в дань уважения Монтане, то ли потому, что по заданному вопросу друг Коллера мог догадаться и сам. Тему с подпольем не хотелось форсировать. Не всем везло так, как ему. Адам это прекрасно понимал.
Здесь было тесно, и Дженсен испытывал некоторую неловкость от того, что, стоя так близко, Джонс в данный момент внимательно изучал его. В последнее время тема аугментаций самого Адама поднималась слишком часто. По поводу и без.
Адам Дженсен был напичкан аугментациями как рождественский кекс - изюмом, при чем о некоторых Монтана только слышал, и сейчас испытывал желание посмотреть как они работают. Желательно, издали и через бронированное стекло. А ещё имя и акцент свидетельствовали о том, что перед ним, ну, можно сказать, соотечественник.
- "Специалист по военным аугментациям" это громкий титул - засмеялся Джонс, переходя на английский, - Монтана Джонс, можно Док, - он сделал шаг к столу и воткнул вилку допотопного кипятильника, висящего в литровой "сиротке", в розетку. Электричество госпиталь частично воровал у города, частично обходился собственными генераторами, но пока нужные люди получали мзду, можно было не беспокоиться о том что кто-то заметит пропажу лишних киловатт, - Да, мне передали что ты зайдёшь. Кофе будешь?
Монти не тянул время, Монти пытался проснуться, собрать кабину и заодно сообразить, о чем же таком может не знать человек, за общую стоимость аугментаций которого можно купить, например, самолёт. Или два.
Сканер показал, что температура воды в чашке достигла 34х градусов, а молотого кофе в пластиковой ложке 10 грамм. Он чертыхнулся, отключил медицинский интерфейс и оперся органической частью тыла о край стола, скрещивая руки на груди.
- Достать военную начинку можно, - как бы между делом заметил Монти, поглядывая на воду в кружке, - Её относительно успешно воруют и относительно успешно копируют. Но тут ведь как. Как повезёт. Могут быть удачные экземпляры, а могут быть и со всякими сюрпризами. Оригинал встречается редко и потому дорогой.
"Потому что те, у кого стоят качественные военные аугментации, либо уже мертвы, либо слишком осторожны, чтобы на их труп можно было наткнуться на вечерней прогулке", - мысленно продолжил Джонс.
- Что именно тебя интересует? - он наконец бросил гипнотизировать греющуюся воду и поднял взгляд на Дженсена. Тёмные очки скрывали глаза гостя (приятеля? Друга? Клиента Коллера?) и это обстоятельство было слегка некомфортным, впрочем, не настолько, чтобы залупиться на "сышь, парень, крутым и ночью солнце светит, да-а?..".
Дженсен с облегчением вздохнул, когда док перешел на английский. Не пришлось больше коверкать чешский язык, к которому Адам все никак не мог привыкнуть. Несмотря на всю сопутствующую начинку в его голове, эта, казавшаяся смешной, речь давалась ему с трудом. И хоть многое Дженсен понимал без проблем, изъясняться было все еще трудно. От этого большинство бесед сводились к необходимому минимуму. Удобно для того, кто старается лишний раз не связываться с людьми. Но не в такие моменты, как этот.
– Да, спасибо, – кивнул Адам, отвечая на вопрос о кофе. Мистер Джонс производил впечатление человека доброжелательного. По крайней мере, в этой ситуации. – Неделю назад группа террористов использовала…– тут Дженсен на секунду замолчал, чтобы подобрать цензурные слова, – необычный способ разобраться с оперативной группой. У них был напичканный взрывчаткой аугментированный подросток. Взрыв активировался кодовой фразой.
Оглядев помещение, Адам не нашел устройство, хоть сколь-либо похожее на проекционный экран, к которому можно было подключиться, чтобы напрямую показать снимки с мест происшествий. Поэтому, не утруждая себя и собеседника долгим пересказом, Дженсен протянул доку планшет, на котором было все или практически все, что могло пригодиться в изучении этого вопроса: те самые снимки, отчеты судмедэксперта, результаты баллистической экспертизы и заметки Смайли.
– Хреновее всего то, что парень такой не один, – добавил Адам, немного помолчав. Эта фраза объясняла если не все, то многое, и давала почву для далеко идущих неутешительных выводов. Никто не знает, где в следующий раз может бабахнуть.
Конечно, агенты ОГ-29 прилагали все усилия, чтобы не бабахнуло, но с тех пор, как всех аугов перевели в разряд нелюдей, а нейро-технологи и прочие специалисты лишились работы, в вопросах, как этот, ответов не было. Приходилось искать помощь на стороне, у нелегалов. Что и говорить, дерьмовая ситуация. Люди, которые есть, и все еще могут сослужить добрую службу, но которых как бы и нет.
- Вот ведь пидоры, - сказал, как сплюнул, Док, прокручивая фото с места событий. Не отвлекаясь от изучения материалов, нашарил за собой на столе пачку сигарет, сунул одну в зубы, прикурил от зажигалки и задымил. Впрочем, дым в комнате не задерживался надолго, судя по всему тут хватало сквозняков.
За тактичным дженсеновским "он такой не один" Монтана слышал "если не найдём откуда ноги растут и не остановим - будет такой пиздорез что мы тут все охуеем", и даже мог прикинуть заголовки в СМИ. Дети, да. Бьют по больному. Расшатывают ситуацию. Черт побери, мир и так потихоньку (да вы оптимист, Док!) скатывается в беспросветный хаос, а кому-то и этого мало?!
Если бы он не просканировал Дженсена на входе, то сейчас наверняка чесал бы репу и думал бы, что оно такое, и как вообще, и куда, и доброе утро, док, ты не выспался, ну вот нах... Но он просканировал Дженсена - и по микро-генераторам электромагнитного поля и снарядам понял, что видит на нём "Тайфун" - аугментацию, которая появилась в армии уже после того как он ушёл оттуда, но о которой был наслышан от бывших сослуживцев. Фотографии бойцов с "новинкой" присылал Кроули, фотографии "притащили пленного, еле откачали, смотри чо наши теперь творят" присылал Уэст, и сам он потом с интересом копал всю возможную информацию по новинке, а сейчас... Черт, похоже. Но после использования "Тайфуна" люди выживают, иначе какой вообще в нем смысл. Характер поражения, разлет осколков, но вот сами осколки намного больше, и радиус поражения не восемь метров, а все пятнадцать, и...
- Ага! Видишь вот эту дырку? - ликующе воскликнул Монти, щуря один глаз от дыма зажатой в зубах сигареты, развернул планшет к Адаму и ткнул пальцем в фотографию со вскрытия тела подростка, - Чуть ли не единственное, блин, место на торсе, чуть меньше похожее на сырой кебаб. Вот эта луночка. Она слегка разъебана, но поверь мне, тут была хирургически подготовленная дырка для снаряда. Короч, это сильно смахивает на "Тайфун", военная разработка, противопехотное оружие. Ебашит на 360°, убойная дистанция - до 8 метров, на высоте от плечей до жопы, ну или ниже, там уже зависит от фантазии техника и злобности клиента. Только когда я... - он чуть было не сказал "служил, его ещё не было", увлёкшись мыслями о том где-куда-зачем-почему, но вовремя спохватился, - ...сталкивался с этим апом, в теории, погибать при его активации было совершенно не обязательно, потому что под зарядами располагались микро-генераторы электромагнитного поля, которые защищали бойца от судьбы шахида, а тут их, судя по всему, не было, ну или они были отключены, в итоге каждый, понимаешь, КАЖДЫЙ подшипник под кожей разлетелся на 360°, и пизда котёнку. А ещё в базовой комплектации снаряды меньше, - Монти выдохнул дым, перевёл дух, и выдернул кипятильник из розетки - вода в чашке тут же перестала бурлить и он осторожно разлил кипяток по чашкам с кофе, размешал и протянул одну Адаму, - Какие аугментации были у ребёнка кроме этой? - вдруг поинтересовался Монти, чуть заметно сдвигая брови к переносице, будто бы додумался до чего-то и нуждался в последнем уточнении прежде чем все осознать.
Отредактировано Montana Jones (2016-12-24 16:43:29)
– Ага, – согласился Адам, услышав характеристику терористов. Говорить, что дети были похищены, он тоже не стал. И не потому, что опасался разглашения секретной информации. Просто расстраивать дока не хотел. Тот выглядел человеком искренним и неравнодушным.
«Так я и думал…» – это был один из тех самых случаев, когда лучше бы ошибиться. Потому что иначе – полное дерьмо.
– Я знаю, что такое «Тайфун», – тихо и хрипло добавил Дженсен после того как выслушал сумбурное, но достаточно понятное объяснение Монти. Благодарно кивнул, взял стаканчик. Сделал глоток. Достал сигареты, зажигалку и закурил следом.
Наверное, уточнять, откуда и насколько хорошо он знает, не следовало. При осмотре легко обнаруживалась степень этого знания. Когда-то Елена Федорова испытала действие Шарифовского изобретения на себе, но самым первым был Квинси. В 2027-м, невольно увидев испытания в лаборатории во время разговора с Меган, Адам посмеивался над этим. Шариф, пытаясь свести концы с концами, успешно отрабатывал военный заказ. Потом было уже не до смеха, когда они с Дюрантом встретились лицом к лицу. Не до смеха стало и теперь.
Иногда Дженсену казалось, что он прекрасно понимает людей, впадающих в крайности и требующих запрета любого оружия. Всех этих решительно настроенных пацифистов, тусующихся у здания Конгресса и в других подобных местах, машущих плакатами с надписью «Остановите войну!». Но мир без оружия – это утопия. Пока сталкиваются чьи-то интересы, люди будут убивать. И постараются процесс оптимизировать. Как с детьми. Это был подлый, но хорошо рассчитанный удар. Чтобы уж наверняка. И практически сразу после того, как взорвали церковь.
– Церебральные аугментации. Глазные протезы. Стандартный набор, – хмыкнул Адам. За этой прохладной и ироничной манерой прятать злость на ублюдков было лучше всего.
- Да уж готов поспорить, - хмыкнул сквозь кривую усмешку Монти на "знаю, что такое Тайфун". Ирония на доковской физиономии была очень явной, и столь же явно дружелюбной. А вот следующие слова Дженсена света на события не пролили, увы, совершенно. Может быть, будь больше информации о других аугментированных детях, он смог бы проследить закономерность... Но пока нет.
Джонс выхлебал полчашки кофе, напряжённо думая над тем, откуда взялись эти дети, насколько они сами готовы жертвовать собой (судя по активации на кодовое слово - не очень, но, может, это подстраховка?) и кто за этим стоит - на самом деле. У него не было в планах выходить на тропу войны и бежать сражаться с террористами, эти задачи он оставлял другим подразделениям, но он предпочитал понимать откуда дует ветер и чего в ближайшее время вообще ждать, и не стоит ли предупредить Михала с Иветой, кстати, где они вообще, дня три не видел, ой, бля, твою ж мамочку с ханукой.
- Окей, то есть ничего необычного по апам, - Монтана в задумчивости потёр щеку, - Мы имеем террористов, которые используют детей. Террористов, с военной разработкой, которую они усилили и дегуманизировали. Убрали защиту, увеличили снаряды, и похоже на то, что сменили материал, но тут наверняка не скажу, мне б осколок посмотреть, хотя это не так важно... Наверное, - он закурил следующую сигарету и бросил быстрый взгляд на Дженсена, - Что ещё тебя интересует?
Может, какие-то вещи казались очевидными ему, и не казались таковыми Дженсену, или сам Дженсен мог какой-нибудь новый факт, который позволил бы понять... Что понять... Да хоть что-нибудь, хотя бы, что делать.
- А как давно, кстати, это было? - как-то хрипло поинтересовался Док, - И откуда подросток родом, личность установлена?..
Сделав быструю затяжку и так же быстро выдохнув дым, Адам ответил не сразу. Пока он слушал дока, в голове крутилась мысль. Инцидент случился из-за перепрограммированных Меган чипов. Многие из очевидцев жаловались, что не владели собой, будто бы кто-то чуждый, засевший в голове, отдавал им приказы. Интересно, мучила ли совесть доктора Рид – теперь, когда она видела, чем обернулось вынужденное «сотрудничество» с Дэрроу?
Мальчишка, который подорвал себя, среагировал на кодовую фразу. Это казалось Дженсену звеньями одной цепи. Хреновее всего было то, что Адам не мог раскрыть доку все подробности того, что творилось на «Панхее». Не мог говорить начистоту, как привык. И обсудить как следует тоже не мог. Они знали друг друга от силы пять минут, да и Монтана вряд ли поверил бы в то, что мог рассказать Адам.
Вдох-выдох. Еще затяжка. Дженсен немного помолчал. Со стороны могло показаться, что он ушел глубоко в себя, пока курил. Наконец Адам заговорил снова. Пришлось заходить с другой стороны, аккуратно. Так, чтобы не поднять слишком большой пласт прошлого, о котором Дженсен ни вспоминать, ни говорить с кем-либо не хотел.
– Я читал как-то в журнале о технологии корректирования поведения при помощи биочипов. Это может быть что-то вроде того?
От необходимости увиливать Дженсену сделалось не слишком-то уютно. Спасал разве что извечный невозмутимый вид. Да он собственными глазами видел это «корректирование», когда на «Панхее» пытался пробиться через толпу «зомби», отчаянно молотивших друг друга и пытавшихся пришибить его. Тогда Адам еще надеялся, что спасти всех этих людей можно. Пока корабль дураков под названием «Панхея» не дал течь. Незадолго до этого Билл Таггарт, найденный в одном из отсеков, сказал, что он не имеет ничего против технологий. Однако их нужно отдать в руки людям, которые знают, как управлять.
Очень больная тема.
Монтана болезненно скривился. "Технология корректирования поведения". Превратит ваших детей в террористов, а друзей и любимых - в убийц. Он очень смутно помнил, что творил сам во время Инцидента. Он был слишком пьян, и просто... вот он сидит и пытается сфокусировать взгляд на рюмке Тео, чтобы налить ему ещё, а в следующий момент уже вбивает кулак в его смуглое лицо, и единственное что он испытывает - злость, и удовлетворение от её выхода. Он вырубился после. И с тех пор ни разу не напивался, хотя причиной агрессии, как он потом узнал, стала не выпивка. Ин-ци-дент. Хорош, блядь, инцидент. Йоси звал его Шоа-2, катастрофой. 50 миллионов жертв, и ни одна сука не понесла наказания. Никто даже не потрудился изобрести причину в которую, на минуточку, было бы не стыдно поверить. Джонс раньше думал, что они все стали жертвами чудовищного эксперимента. А потом понял что скорее всего так никогда и не узнает правды. "Обстоятельства" выяснялись уже два года, и что-то ни под одним зданием парламента не наблюдалось толп с плакатами "перестаньте скрывать правду". Наверное потому, что стоило бы им там появиться, открыли бы предупредительный огонь. По ногам.
- Я тоже читал, - дернул щекой Монтана, - Давно дело было, правда. Вроде как это должно было помочь людям с ПТСР, шизофренией и всяким маньякам, убийцам, клептоманам и поджигателям. Может ли это быть чем-то вроде? Конечно, может. Воздействуя на нужные участки коры головного мозга, стимулируя выработку нужных гормонов и транслируя нужные сообщения, можно... Но насколько я понимаю принцип действия подобных штук, алгоритм должен быть записан заранее, то есть, - он задумался над тем, как облечь это все в максимально простые слова, - пишем алгоритм под нужды, программируем биочип, вживляем, активируем... Или ставим условия для активации. Возбудился - активация чипа - все, больше не хочешь насиловать коз. Или, - он хмыкнул, - Слышишь кодовую фразу и входишь в режим берсерка. Или взрываешь себя.
Док не оставил без внимания тот факт, что на его вопрос Дженсен не ответил, но, подумав немного, решил не напоминать. Секретная информация? Окей. Меньше знаешь крепче спишь. Да и что бы он делал, сложись для него пазл? Ничего он бы не делал. Потому что он не герой.
Два года назад, на заводе «Шариф Индастриз», может, стоило оставить, как есть? Пусть бы Зик Сандерс поднял все на воздух. Иногда Адама посещали странные мысли, и он отчетливо понимал, что сам близок к тому, чтобы что-нибудь взорвать.
Когда мир вокруг начал сходить с ума, Дженсен был в полном порядке. Об этом тоже не стоило говорить. Как и о том, что не посещать клинику «ПРОТЕЗ» его надоумил Притчард. Когда все дружно меняли чипы, Адам бегал по нижним уровням Хэнша в попытке найти хоть какие-то следы доктора Шевченко. Догадывался ли Притчард? Адам так и не получил прямого ответа на этот вопрос.
От желания взорвать все к чертям его удерживала мысль о людях. Там, на заводе, два года назад, было несколько человек заложников. Именно ради них Адам поперся туда. К черту бы этот «Тайфун».
– Значит, все еще хреновее, чем мы предполагали, – по-быстрому докурив, Дженсен погасил окурок в стоявшей рядом пепельнице. Док услышал ответ на свой вопрос, только с заметным опозданием. После того, как Дженсен обдумал сказанное Монтаной. Адам ответил, словно бы невпопад: – Четыре дня назад. Его звали Марек. Пока это все, что мы о нем знаем.
Запитый кофе табак имел гадкий вкус. Дженсену хотелось выматериться, неожиданно взять да и рассказать все, чтобы не ныло, не гнило изнутри. Но вместо этого Адам сделал еще один глоток кофе и просто промолчал. Как обычно. Как привык. Как всегда.
Лучше бы не называл имени, конечно.
Лучше бы сам он просто не спрашивал.
Имя для Дока было... как своё собственное кодовое слово, уничтожающее безликое и безличное "ангел" и включающее тупую ноющую боль. До получения имени у тебя на руках просто кусок мяса, как правило ещё теплый, кровоточащий и пачкающий носилки и пол "птички" кровью. Можно злиться на него, можно злиться на обезьян, которые приняли конвульсии за движение и сделали запрос, можно злиться на связиста, который принял девять линий и направил их на тебя, но когда узнаешь имя, то все. Это становится личным. После каждого такого вылета он высаживал по полпачки сигарет. Ему - Кристофу тогда ещё, не Монти Джонсу - говорили, что он принимает все слишком близко к сердцу и так нельзя. Конечно, нельзя, соглашался Крис, но по-другому просто не получалось.
Его звали Марек.
Таааак, стояночка. Вернулись назад, сосредоточились на "все хреновей чем мы думали".
- Биочип, - задумчиво произнёс Монти, выпуская струйку дыма вниз, - Насколько мне известно, уходит на перегрузку от небольшого разряда электричества. Там сбой длится секунду-две, не дольше чем сам удар тока, этого не хватает, чтобы вывести из строя поддерживающие жизнь аугментации, но на отмену команды может хватить. В теории. Я не проверял, - последнее явно было насмешкой, хоть и невесёлой.
Адам молчал, глотая несладкий кофе и сигаретный дым, и Доку в какой-то момент захотелось поверить, что это молчание горчит.
Убрав темные стекла, скрывавшие глаза, Адам посмотрел на дока. Глядел внимательно. Несколько секунд. Возможно, это был тот момент, когда люди просто молчат, понимая друг друга.
Хуже всего было то, что террористы прекрасно разбирались в том, что делали. Ведь никому не придет в голову ждать угрозы от детей. Потому что для большинства – дети, даже если они аугментированные – это святое.
Дженсен вспомнил, как трясло от бешенства Макриди. Дункан не мог простить ошибку ни себе ни ему.
– Марек точно не мог быть единственным, – заметил тогда Адам.
– Значит, в следующий раз стреляем первым делом, – огрызнулся Мак.
– «Отличная» идея. Давайте убьем как можно больше детей, насколько сможем.
– Ниеми вынесли отсюда вперед ногами. Я убью каждого ребенка в «Стеклянном доме» и Голем-сити, если это предотвратит подобное в дальнейшем.
– Нет, ты этого не сделаешь. Мы не карательный отряд, Мак.
Именно поэтому слова Монти имели для Адама особое значение. Если был какой-то способ остановить это безумие, нужно было попробовать. И по возможности, не причиняя никому вреда.
– Если бы эту программу можно было переписать, – глухо заметил Дженсен. Вторую сигарету закуривать он не стал.
Следы вели в «Стеклянный дом» – дрезденское гетто для аугов и в клиники Фронта Человечества, где часть детей до похищения ожидали ренатурализации. Вот и думай теперь, кто был так изобретателен, что напичкал их оружием. Похитители или добрые доктора.
После гибели из Таггарта сделали едва ли не святого, неуслышанного пророка, который предвидел печальный исход. Фронт Человечества обрел колоссальный вес и особый статус, став фактически рупором иллюминатов. Зная, на что способны эти люди, Дженсен понимал, что за «ренатурализацией» могло скрываться кое-что другое. Тем более, что часть похищенных детей были из семей чешских госслужащих. Дело должно было стать резонансным. Однако никаких доказательств у Дженсена не было. Только догадки.
Тёмные стекла спрятались и некоторое время они с Дженсеном просто молча смотрели друг на друга.
"Вот ведь забавно, - думал Монтана, - глазные протезы не могут иметь выражения. По ним невозможно читать. Казалось бы. Высокие технологии могут просканировать чужое тело, стену, определить уровень опасности, угол обстрела и количество впитавшейся в бандаж крови. Высокие технологии не могут сделать ваш взгляд тёплым, холодным, смеющимся, испуганным... Так почему же я иногда вижу в собственных глазах испуг? И почему сейчас вижу - понимание? Что это - очеловечивание? Перенос? Иллюзия? Или - страшно подумать! - эволюция? В любом случае. Забавно".
- Переписать-то можно, - Монтана затер складку между бровями пальцем, исподлобья глядя на Дженсена, - Но у каждого чипа есть, кроме собственного номера, код безопасности, типа пароля. Чтобы переписать программу, тебе надо либо знать этот код, либо его взломать. Это на самом деле не так сложно сделать, когда человек лежит у тебя на койке, под миорелаксантами и нейролептиками, подключённый ко всей нужной аппаратуре и у тебя есть время неторопливо, под кофеек, покопаться в его ПО. Иначе как бы мы сейчас работали со всей этой ебалой. А так чтоб на ходу, ещё и в процессе огневого контакта... - он развёл руками, - Сомневаюсь. Конечно, если у тебя есть технологии, о которых я пока даже не в курсе, и свободные мозги, то мало ли, может и выйдет, но... Тут тебе виднее.
Человечество знало уйму историй борьбы угнетаемых за свои права. Крестьяне, женщины, темнокожие, гомосексуалы, но ни разу, насколько Джонс знал, человечество не доходило до такого массового пиздеца с истерией как сейчас. И сквозь вот это вот все в голову Дока нет-нет да и прокрадывалась одна мысль, простая и пугающая до холодной дрожи - мы делимся на "мы" и "они" которую тысячу лет, мы воюем с противником не жалея ни себя, ни окружающей среды, черт, ведём себя так, будто у нас припасена запасная планетка... Вот только её нет. И деваться нам отсюда некуда.
Поглядели, помолчали. Друг друга поняли. Тот самый случай, когда такое происходит практически без слов.
Говорят, ауги все равно, что машины – не чувствуют боли. Говорят, их всех стоит разобрать. Говорят, они опасны, потому что в теле каждого может скрываться такая, как у Марека начинка. Именно это, четыре дня назад, глядя на тело погибшего оперативника, хотел сказать Мак. Да что там сказать, Дункан практически кричал… И Адам прекрасно понимал его отчаяние. Может, именно поэтому у него не возникало желания разбить сослуживцу лицо.
Дженсен знал, кому выгодна эта паника. Аугментированных хотели стереть с лица земли раз и навсегда. Потому что запереть в гетто и заставить прятать глаза – недостаточно. Потому что прогресс должен быть в руках избранных. Тех, кто считает себя в праве навязывать единственный, «верный» путь и распоряжаться чужой судьбой.
Что чувствовал Марек, когда сработала кодовая фраза?
Адам хотел бы сказать доку больше. Задержаться еще на несколько минут, но вместо этого взял планшет, допил кофе и поставил пустую чашку на стол.
Ни технологий, ни, тем более, соответствующих специалистов у ОГ-29 не было. Иначе бы Дженсен не пришел сюда. Он беззвучно хмыкнул на слова Монти, мол, понял. А что еще можно сказать, если в следующий раз взорвется другой ребенок и другой агент останется лежать в черном мешке?
Ненависть – это яд. И как в случае с самой страшной отравой, от нее нет противоядия.
– Спасибо за помощь, док. Я зайду. Позже, если будут новости.
«Мало ли, может, обнаружится что-то еще».
Теперь нужно было объяснить все Смайли и по возможности не говорить, откуда Дженсен обо всем об этом узнал. Впрочем, Дэниел Флетчер на то и был умник, чтобы, когда очень нужно, хорошенько молчать.
Кофе наконец закончился. Сигарета тоже. Да и разговор подходил к концу. Адам узнал все, что хотел, Монти рассказал все, что мог. Первого ждала попытка остановить готовящиеся теракты и отложить тем самым ещё на какое-то время "окончательное решение вопроса" для аугов. Второго - транспортировка вчерашней добычи до покупателя, закупка необходимых препаратов, расходных материалов и ещё одна операция по исправлению чужого партака.
- Обращайся, если что, - кивнул Джонс, мысленно отмечая "дока" в свой адрес и давя вторую сигарету в пепельнице, - Жду на кофе. Как будут новости. Или так.
"Если что" в расшифровке не нуждалось. Своеобразное пожелание доброго здравия и удачи - вроде бы тоже.
В армии, чтобы заработать прозвище "док" от солдат, надо было хорошенько постараться и пройти с ними не одну милю. Но когда ты - "док", будь готов что к тебе может подойти боец и вывалить перед тобой на стол своё опухшее хозяйство с паническим "что с ним, док?!", и пофиг, что стол обеденный. И что ты будешь в курсе не только всех болячек своего подразделения, но и их социально-бытовых проблем, и что они будут ходить к тебе с каждой вылетевшей из носа сопелькой... или заедать перелом голени тайленолом всю ночь, только чтобы не будить тебя, уставшего после напряжённой ночи.
"Док" дорогого стоило. Но и многого требовало взамен.
Монти - Кристофу - все время казалось, что он не справляется.
Он провёл Дженсена до дверей, на обратном пути задержался у койки Йоси, внимательно на него посмотрел и посоветовал не выходить пока за пределы гетто без особой нужды и иметь под рукой тревожный рюкзак со всем необходимым.
Может пригодиться. Очень даже может.
Вы здесь » Deus Ex » Vault computer » Экспертное мнение. 13.05.2029
